2009
20
Январь
Пушкин с маслом
Январь 20, 2009 | Комментариев нет
Впечатления от поездки корреспондента «МК» В НН» в Большое Болдино
Солнце русской поэзии замаслилось. Именно так мог бы выразиться Николай Васильевич Гоголь, если бы жил в наши дни — в дни, когда минуло 201-летие Пушкина.
«Альпинисты-паломники»
В музее-усадьбе Большое Болдино на бронзовой скамье удобно расположился бронзовый Александр Сергеевич. Не мешайте поэту — он углубился в свои мысли.
Однако тревожат Пушкина постоянно. Чаще всего изрядно «принявшие на грудь» любители пофамильярничать: взбираются они на скамью и, усевшись рядом с поэтом, начинают корчить рожи в объектив фотоаппарата.
Сотрудники музея-усадьбы до сих пор не придумали более действенного средства, чем периодически покрывать бронзовую композицию маслом. Но и эта либеральная мера не останавливает бесшабашных паломников в Болдине: «альпинисты» как ранее взбирались к вершине русской словесности (в прямом смысле), так и сейчас продолжают это делать. А замасленная одежда — это не беда: одежда вообще имеет свойство пачкаться. Но бронзовый Пушкин страдает сильнее: на нем остаются следы.
Исцеляющие мощи Пушкина
Помпезное празднование 200-летия Пушкина тоже оставило свой след в каждом уголке России, и тем глубже, чем меньшим знанием творчества Пушкина отличались чиновники, занимавшиеся организацией праздников на местах.
Правда, к 6 июня – Дню рождения поэта – все чиновники от мала до велика выучили наизусть пару стихотворений поэта (самых маленьких по объему, разумеется).
Помнится поездка полуторагодичной давности тогдашнего председателя Правительства России Степашина в село Михайловское. Тогда Сергей Владимирович по просьбе журналистов прочел «Мой старый друг, мой друг бесценный…» Хорошо продекламировал, без запинки.
Конечно, не мог не отличиться и наш губернатор. Но он пошел дальше заучивания стихов — предложил канонизировать Александра нашего Сергеича. Впрочем, на это никто серьезного внимания не обратил. И слава богу.
А вот глава Большеболдинского района от большой любви к поэту отремонтировал около музея-усадьбы Пушкина здание кинотеатра «Лира». На фасаде сооружения висит плакат, возвещающий: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный»…
Тень нашего всего
К 200-летию Пушкина отличились не только власть предержащие. Так, например, руководство некоторых ликеро-водочных предприятий сочло своим долгом выпустить продукцию с названием, напоминающим о юбилее. На прилавках появились водки «Болдинская осень» и «Арина Родионовна рекомендует». Последняя, кстати, пользуется небывалым спросом у посетителей музея-усадьбы.
В этом, 2000 году, режиссер театра на Таганке (Юрий Любимов поставил спектакль «Евгений Онегин». На авансцене лицедействовали и кривлялись Онегин, Ленский и Татьяна, отбрасывая на штору, висящую сзади них, свои тени. Но безмолвные тени жили своей жизнью — жизнью настоящих пушкинских героев. Их жесты не совпадали с жестами тех, кто кривлялся на авансцене. Именно так Любимов увидел всеобщую картину празднования 200-летия поэта.
Уставший Пушкин
А вообще в болдинской усадьбе Пушкина, доставшейся ему в наследство от отца Сергея Львовича, по-настоящему здорово. Даже несмотря на скучных экскурсоводов. Небольшой пруд, белый мостик над ним, беседки с крышей в виде пологого шатра, ива, которой 250 лет. Когда-то во время грозы в нее попала молния и расщепила ствол надвое. Однако дерево выжило, дав еще один ствол. Наверное, болдинская земля действительно особенная, раз такое чудо могло случиться.
Глядя на все остальное, невольно вспоминаешь эпиграф к стихотворению «Поэт и чернь»: «Прочь, непосвященные!» Если солнце трогать маслеными руками, оно перестанет светить.
Комментарии
Опросы
Загрузка ...