2009
14
Январь
Городецкий блюз
Январь 14, 2009 | Комментариев нет
Коли суждено Нижегородчине выносить в себе первого в мире слявянского блюзмена, то родится он непременно в такой деревне, как Репино Городецкого района. Слово «блюз» в американском английском языке означает «тоска», в смысле «грусть, печаль, горечь». Такая вот блюзовая мелодия витает в репинском воздухе.
Попутчик — похоронный венок
В деревне всего-навсего 20 домов и только шесть местных жителей. Причем самому молодому — 45 лет. Детей в Репино за отсутствием женщин подобающего возраста не рождается. Последних коренных репинцев родители сдали в интернат, видимо, решив, что там будет лучше. В общем, деревня тихо доживает отпущенный судьбой срок.
Основные обитатели деревни в пока еще не завершившуюся садово-огородно-дачную кампанию — приезжие из Нижнего Новгорода. Кое-где увидишь детишек, прибывших в распоряжение дедушек-бабушек на летние каникулы. Большинство наведываются в деревню по выходным.
Несмотря на то, что в каждом доме летом кто-то да живет, я, пройдя по единственной улочке Репино, решил, что деревня абсолютно пуста. Это ощущение пустоты, тоски и горечи — в нашем контексте «блюза»– было усилено двумя другими обстоятельствами. В автобусе, на котором я добирался до деревни из Городца, со мной вместе ехали человек сто, и все пожилые и очень пожилые люди — ни одного молодого. После этого на попутном, явно административном, уазике, я ехал на заднем сиденье рядом с похоройным венком.
Нежданная синкопа
В последнее время в мелодию тягучего репинского блюза вмешалась синкопа. Сам термин в нашем случае ни о чем не скажет. Важно, что ритм мелодии, как только в нее затешется синкопа, начинает «рваться». Это одновременно и ритмический конфликт звуков между собой и некая «встряска» для них, «уставших» от однообразия и монотонности мелодии.
Такой «синкопой» для обитателей деревни стал конфликт с Анатолием Пресняковым. Собственно, целью моей командировки в деревню Репино явилось желание нашей газеты разобраться в сути данного конфликта. В письме жителей, которое они отправили в нашу редакцию, содержалась просьба «по возможности помочь найти справедливость».
Анатолий Пресняков, житель Дзержинска, чья жена родом из Репино, построил в деревне лет семь-восемь назад дом. А в этом году начал спиливать столетние березы около своего дома под предлогом, что они затеняют ему огород. И репинцы пошли на прямой конфликт с Пресняковым.
Рассказываст одна из авторов письма, Вера Афанасьевна Смирнова:
– Мужики все наши умерли. Мой муж — почти год назад. Некому его (Преснякова) остановить было. Да что там разрешение в Ковригинской администрации спросить, он хоть бы с нами, старухами, посоветовался. Так нет ведь.
Юрий Валентинович Сухов, почти местный житель (купив дом в Репино четверть века назад, он, выйдя на пенсию, вот уже несколько лет подряд все лето проводит в деревне):
– Нанял троих мужиков каких-то. Они березы спилили. Я как раз делами по хозяйству занимался. Слышу — что-то грохнулось, вышел на улицу — березы пилят.
Веря Афанасьевна:
– Этим березам уже за сотню лет. Мы, когда молодыми были, около них собирались. Это было место, где все праздники отмечали. Тут 14-го числа приезжал к нам в Репино по этому поводу глава Ковригинской администрации Александр Иванович Сундуков. Так он нам сказал, что не давал никакого разрешения Преснякову, чтоб тот березы мог пилить. А насчет документов на строительство дома он обещал посмотреть у себя. Может, их и нет.
Юрий Валентинович:
– Странно, что Сундуков приезжал. Никогда у нас не был, а тут на тебе. Березы срубленные ходил смотреть…
Авторы письма не знали, что наша редакция отправила в администрацию Городецкого района официальное письмо с просьбой дать разъяснения по поводу спиливапия деревьев и вообще обратить внимание на конфликт. Так что не мудрено, если во вторник Александр Сундуков посетил деревню и осмотрел «место происшествия». Надеемся, официальный ответ не заставит себя ждать.
Суета по-репински
Когда я на обратном пути из Репино, пройдя на «пешкарусе» около пяти километров, подошел к зданию, одновременно являющемуся и почтой, и сельской администрацией, чтобы поговорить с главой Александром Сундуковым, было уже половина второго дня.
На табличке здания значилось, что отделение связи работает до 15 часов, а перерыв на обед с 11 до 12. Меж тем, на почте никого не было.
Из стоматологического кабинета, отвоевавшего свое место почему-то в отделении связи, высунулась женская голова и сказала, что сейчас обед, до двух часов дня, и она не знает, подойдет ли кто-нибудь сюда даже и к двум.
Я поднялся на второй этаж. Администрация будто вымерла. Ни в одном кабинете никого не было. Лишь одна женщина сидела в коридоре на стуле. Она-то и сообщила мне, что вся администрация сегодня на похоронах. Через пять минут кто-то пришел еще, мне поставили печать в командировочное удостоверение, и я ушел.
…В автобусе, идущем в Нижний, на который я сел, пройдя еще два километра, водитель слушал по радио блюз. Монотонная мелодия тоски и горечи не хотела оставить меня в покое.
Комментарии
Опросы
Загрузка ...